«Камасутра» во спасенье
Кришной нам дана была,
Дабы мы по воскресеньям,
Позабыв про все дела,
Расплетались и сплетались,
Сзади, сбоку – не зевай!
Подустали, отоспались
И опять давай-давай!
Ну а сверху юный Кама
Ухмыляется, пока
Разомлевших папу с мамой
Хитро палят два малька.

Не прячь меня только в карман,
Впопыхах небрежно комкая, за спину не толкай,
Кулаком бестолковым за пазуху не упекай,
Не бей, не круши, лучше пей, лакай,
Раз мой вкус на несдержанности толкает,
стучит в висках, обещает срыв...
Меня из-за пазухи извлекая,
И будто только глаза открыв,
«а ты кто вообще здесь, ты какая?!»
Ответ уже, кажется, между руками...
Теперь, от бескрайности заикаясь,
Испарины каплей с тебя стекаю,
Тебя развлекая, на жизнь намекаю,
каждому каяться отвыкаю,
Врастаю в тебя, из тебя вырастаю,
Себя не утаивая, и не знаю,
как дальше себя у тебя скоротать,
            не упасть,
                не устать,
                        не растаять...

Я сижу у окна и смотрю в туман.
Там уже не осень, ещё не зима,
Растворяются в мелких каплях дома,
Мерзопакостная погодка.
Перерезан кабель ржавой пилой,
Из подвала несёт горячей смолой —
Это черти мешают серу с золой,
Наполняют котлы-сковородки.

Достаю из ножен трёхгранный стилет,
Надеваю прадедов амулет,
На запястье — тяжёлый рунный браслет,
(Ни чеснок, ни осина не в моде).
Мне осталось сплясать ритуальный «бостон»
И вписать в квадрат тетраграмматон, —
А у Бога имён побольше, чем сто,
И, увы, ни одно не подходит.

Значит, смешивать грязь с прокисшим вином,
На зеро ставить в дьявольском казино,
Полустёршейся медной бренчать струной
И взывать к порожденьям Ада, —
Но, спускаясь по лестнице с неба на твердь,
Окунаюсь в обыденную круговерть
И верчусь, как кроличья тушка на вертеле,
Проклято будь слово «надо»!

...Вот однажды, закончив мирские дела,
Запрягу в повозку седого осла,
А бальзам, что мать на дорогу дала,
Положу в холщовую торбу,
И покину этот скучный мирок
По одной из десятков, сотен дорог,
На которой скальд, и шаман, и пророк.
До свидания всем. До нескорого.